– Я знаю!.. Он сам стрелял! Сам дробью модель стрелял! Смотрите, какой лицо! Сам стрелял!..

– Тихо, тихо! Не надо кричать, – мягко сказал полковник и обратился к Васе: – Ну?

Вася теребил пальцами кончики своего галстука и не отрываясь смотрел на них.

– Я... я нечаянно, – еле выдавил он.

– То есть как "нечаянно"?

– Я не знал, что это модель.

– Не знал? За что же ты ее принял? За перепелку? Из левого Васиного глаза скатилась слеза и задержалась на уголке рта. Он быстро слизнул ее.

– За... за кондора принял, – прошептал он еле слышно.

– За кого?

– Кондор... За кондора...

– Ну-ка, расскажи по порядку. Так мы все равно ничего но поймем.

Вася молчал.

– Не хочешь говорить?

– Пусть он расскажет, – сказал Вася и кивнул на Диму. Моделисты придвинулись ближе и затихли. Дима потер ладони и, улыбаясь, начал:

– Понимаете, дело, значит, было так. Иду я ночью на рыбалку. Со мной, значит, вот этот Вася и его сестра. Ну, тут, конечно, они мне рассказывают всякие рыбацкие истории, что в их речке можно поймать три килограмма рыбы, но это к делу не относится. Итак, значит, идем. Вдруг мимо нас пролетает какая-то большая тень, перелетает через речку и скрывается на одном дереве. И тут вот этот "герой" начинает кричать: "Это кондор! Это какая-то загадочная птица! Собой пожертвую для науки, а ее подстрелю!"

Дима разошелся. С большим юмором он рассказывал о том, как Вася и Нюша шли на "охоту", как Вася, полумертвый от страха, кричал над обрывом "эй" и как он в одних трусах начал переходить реку, но, испугавшись, вернулся.

Рассказывал он так остроумно, что моделисты покатывались со смеху. Даже сердитый Аббас начал улыбаться. Даже сам Вася улыбнулся слабой, несчастненькой улыбкой.

Посмеивался и полковник, держа в зубах папироску. Чем дальше подвигался рассказ, тем он все чаще поглядывал на Васю, и тогда в глубоко запавших темных глазах его под косматыми бровями появлялось что-то ласковое.